Голосуй за лучшего работника торговли!

Проклятое место: второй директор КРИК отправился за решетку

Первомайский районный суд Кирова приговорил бывшего топ-менеджера государственной «Кировской региональной ипотечной корпорации» к 8,5 годам лишения свобод и штрафу 15 млн рублей.

Оглашение приговора Виталию Шмакову было назначено на 10:00 9 ноября. Подсудимый, который находится под домашним арестом, прибыл в сопровождении сотрудников ФСИН, что называется «с вещами». Это несколько задержало прохождение осмотра на входе в помещение Первомайского суда. Впрочем большой очереди на входе не выстроилось.

На оглашении приговора по делу бывшего директора «Кировской региональной ипотечной корпорации» было немноголюдно: три журналиста разных изданий, Шмаков, его представитель Светлана Шуплецова и еще пара человек. Люди ждали, когда сотрудники суда откроют зал заседаний.

Уже в начале одиннадцатого, когда обвиняемый и зрители заняли свои места, в зал вошла секретарь и спокойным голосом сообщила:

– Судья находится в совещательной комнате. Оглашение приговора переносится на 10:00 10 ноября.

В пятницу все повторилось. Полупустой суд, журналисты, экс-директор КРИК с адвокатом, секретарь. После чего ход событий начал меняться. Секретарь включила записывающую технику и попросила всех встать. В зал вошел судья Алексей Жижин. И практически без паузы тихой невнятной скороговоркой начал зачитывать приговор, периодически внося правки в распечатанный на «черновиках» текст.

Больше часа занял пересказ судебных баталий, которые шли в течение нескольких заседаний.

Дело было так

В апреле 2017 года в переживающую кризис «Кировскую региональную ипотечную корпорацию» пришел новый руководитель, предприниматель Виталий Шмаков. Принадлежащее на 100% правительству Кировской области акционерное общество уже не первый год испытывало финансовые трудности.

Среди его крупнейших кредиторов был и подрядчик «Гражданремстрой», которому КРИК задолжал более 50 млн рублей за строительство коммуникаций. Разрешить тупиковую ситуацию вызвался бизнесмен и общественный деятель Константин Ситчихин. Виталий Шмаков и руководители фирмы-подрядчика заинтересовались его идеей погасить долг КРИКа квартирами в одном из домов в Нововятске, в строительстве которого ипотечная корпорация участвовала в качестве долевщика.

Начались переговоры. Стороны пытались согласовать цену, по которой более 40 квартир в недостроенном доме отойдут «Гражданремстрою». Кредитор хотел получить их за 18 тыс. рублей за квадратный метр, то есть за полцены. Виталий Шмаков от имени «КРИКа» настаивал на более высокой стоимости.

В результате стороны через посредничество Константина Ситчихина договорились на цену в 28250 за квадрат. Но с одним «но». «Гражданремстрой» готов был совершить сделку по этой цене с условием, что ему не придется вкладываться в достройку дома.

Суд установил

Дальше версии в изложении участников процесса различаются. Будем придерживаться той, которую суд принял в качестве основной. В приговоре значится, что Виталий Шмаков убедил членов совета директоров одобрить убыточную сделку с «Гражданремстроем» обещанием участия последнего в финансировании завершения строительства.

Параллельно он прозрачно намекнул посреднику Ситчихину о том, что для пущей убедительности ему потребуется помочь пяти детям сиротам. Этим кодовым словом стороны условились заменять словосочетание «миллионы рублей». После этого Ситчихин решил записывать все разговоры со Шмаковым на диктофон. Кстати, записи этих разговоров стали одним из важнейших доказательств вины подсудимого. Защите так и не удалось оспорить их законность.

Тем временем к концу мая совет директоров КРИК одобрил сделку. Но Виталий Шмаков не спешил подшивать протоколы и подписывать договор. Он настоятельно попросил Ситчихина немедленно оказать помощь «трем сиротам». Передача «помощи» была назначена на вторую половину дня 30 мая.

Утром этого дня Константин Ситчихин явился в приемную УФСБ по Кировской области и заявил о том, что у него требуют взятку. Оперативники быстро подготовили все необходимое. Среди прочего 20 пятитысячных настоящих купюр, остальную сумму «добили» куклой. И в пятом часу вечера под их наблюдением он передал Шмакову затребованные деньги.

Приговор

Судья Алексей Жижин посмотрел на стенные часы. Он зачитывал приговор больше часа. Со вздохом судья начал в третий раз перечислять серии и номера настоящих билетов Банка России, которые Ситчихин передал Шмакову.

Все это время Виталий Шмаков стоял практически по стойке смирно. Его взгляд устремлен в пространство за окном. Судья заканчивал чтение приговора, в котором было среди прочего аргументировано и то, почему бывшего директора акционерного общества судят как госслужащего по 290-й статье за взятку, вместо куда более мягкой 204-й, предполагающей наказание за коммерческий подкуп.

Оглашается наказание: реальный срок, 8,5 лет лишения свободы, а также штраф в размере трехкратной суммы полученной взятки — 15 млн рублей.

– Подсудимый, Вам понятен приговор?— Шмаков не шелохнулся и продолжал молча смотреть в пространство.— Виталий Юрьевич, Вы поняли приговор?

– Да, понятно,— после паузы сдавленным голосом наконец-то произнес бывший директор КРИК.
После чего судья закрыл процесс, уведомив Шмакова и его представителя о праве на апелляцию.

А она будет.

– Естественно, даже не обсуждается,— это был единственный вопрос, на который ответила юрист Светлана Шуплецова.

Кстати, она не только защитник, но еще и мать двоих детей Виталия Шмакова.

КРИК сделал свое дело

Когда бывший директор «КРИК» выйдет на свободу, корпорация, которой он управлял меньше двух месяцев уже скорее всего перестанет существовать.

– На мой взгляд, этот инструмент [ипотечная корпорация — прим. автора] настолько устарел, что он совсем не нужен. Кроме порождения дурацких схем и желания «хапнуть» у людей, которые встают у руля, он ничего не дает,— заявил в конце октября губернатор Игорь Васильев.

И речь идет не только о Виталии Шмакове. Правоохранительные органы присматривались еще  к работе первого руководителя компании Екатерины Орешкович. А ровно три года назад Первомайский районный суд признал виновным другого предшественника — Сергея Рылова. В отличие от текущего разбирательства, правоохранительные органы квалифицировали  действия Рылова как коммерческий подкуп, за которой он получил куда более мягкое наказание — три года и один месяц колонии, и это с учетом второго обвинения в хранении патронов.

Впрочем, во времена Рылова КРИК был на подъеме. Уже после его ареста показатели корпорации стали падать. За последние годы КРИК накопил огромные долги. И именно Виталию Шмакову было поручено выступить в качестве антикризисного менеджера и разгрести эти авгиевы конюшни.
Сведения о кризисе «КРИК» начали поступать еще в 2015-м. На волне кризиса жилищного рынка встали продажи квартир, покупку которых и финансировала ипотечная корпорация. В начале 2016-го компания получила еще один удар. Федеральное «Агентство ипотечного жилищного кредитования» перестало рефинансировать займы, которые выдавал «КРИК».

Чуть ли не единственным источником доходов госкомпании стала выручка от девелоперских проектов. Но падение рынка жилья фактически не оставили ипотечной корпорации шансов.

Только с начала года арбитражными судами удовлетворены или приняты к рассмотрению 46 исков на общею сумму около 660 млн рублей. Почти 60% задолженности — обязательства перед компанией «Уралхим», по которым кредитор предоставил рассрочку до мая 2019 года.

– Я могу ошибиться, но разница между кредиторской и дебиторской задолженностью в КРИКе составляет порядка 300 млн в минус. Это правда. Причем, дебиторка — это фантазии, за что это можно продать. Не факт, что эти деньги будут получены, — так оценил перспективы на самостоятельный выход госкомпании из кризиса губернатор Кировской области.

Конечно, власти обещают погасить долги за пару лет, но после этого шансы КРИК продолжить свою деятельность стремятся к нулю.

Ян Чеботарев, юрист

Это тяжкое преступление. Поэтому 8,5 лет, которые в итоге дали, никоим образом не выбиваются из общей тенденции. За взятку в 500 тыс. рублей судебному эксперту Голофаеву несколько лет назад дали 7 лет. Взятка пять миллионов рублей — это в десять раз больше. Плюс, здесь речь идет не о рядовом сотруднике, а о директоре государственного предприятия. При том, что Шмаков давал совершенно различные показания. Это всегда очень критически оценивается судом. Шмаков, на мой взгляд, поступил достаточно опрометчиво, изменив свои показания. Суд в этом случае берет в расчет первые показания. Я думаю, что у дела нет особых перспектив в вышестоящих инстанциях. Я не считаю, что жесткость наказания даст положительный эффект в вопросе предотвращения коррупции. Даже если назначить высшую меру, люди будут думать, что они не попадутся, так как они самые умные и самые хитрые. Если мы хотим в дальнейшем избежать подобных преступлений, необходима четкая регламентация правил работы. Нужно для руководителей госпредприятий ликвидировать возможности в чем-то словчить и попросить за это вознаграждение.

Екатерина Орешкович, Председатель совета директоров ГК «Руснедвижимость», первый директор КРИК

«Кировская региональная ипотечная корпорация» исчерпала свой потенциал, те функции, ради реализации которых она создавалась. Она больше не может работать в качестве института развития. Сейчас есть несколько вариантов развития ситуации. Либо государство находит для нее новые функции. Либо передает «КРИК» в частные руки, чтобы компания встраивалась в рыночные процессы в своей сфере деятельности. Почему в частные?  Я считаю, что государство — плохой предприниматель. Либо ликвидация. 

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.
  • Вконтакте
  • Twitter
  • Facebook

Новости компаний