Голосуй за лучшего работника торговли!

Экономист Сергей Хестанов: «Рубль сознательно принесут в жертву»

Сергей Хестанов — известный российский экономист, создавший не один десяток финансовых теорий и методик, доцент РАНХ и ГС и советник по макроэкономике гендиректора АО «Открытие Брокер». Его труды по праву считаются одними из лучших в стране, а его советам следуют многие успешные люди. 
На днях Сергей Хестанов провел семинар в Кирове, на котором рассказал об экономической ситуации в России и возможных сценариях ее развития.

– Какие факторы сейчас характеризуют макроэкономическую ситуацию в России?

– Во-первых, нужно понимать, что экономика России сильно связана с таким показателем, как цена на нефть. 65–67% доходов федерального бюджета зависит именно от нефти. Хотя официально правительство считает, что 37% поступлений зависят от цены на нефть и газ. Но эта цифра не учитывает бизнесы, которые формально с нефтью не связаны, но единственная причина их существования — обслуживание экспортеров. Это много. Но не ужасно много. Значительно сильнее зависят от рынка энергоресурсов Саудовская Аравия, Нигерия, Венесуэла.

–  Какие отрасли непосредственно зависят от нефтегазового сектора?

– Наглядно. Есть город Ноябрьск. Население чуть больше 200 тысяч человек. Большой аэропорт, большая железнодорожная станция. В окрестностях добывается 70% российского газа и около 12% нефти. По числу люксовых автомобилей на душу населения Москва по сравнению с Ноябрьском отдыхает. Кому-то нужна вся эта инфраструктура у полярного круга, если бы там не добывали нефть и газ? Никому. Это наиболее яркая иллюстрация того, что у нас есть много бизнесов, которые непосредственно зависимы от нефти и газа.

– Помимо цен на нефть, что еще влияет на экономику России?

– Необходимо рассматривать политику Центрального банка. До марта 2015 года — она была одна. После марта — совершенно другая.
До марта 2015 года Центробанк боролся за курс рубля. Цена этой борьбы — падение резервов. Зачем он это делал? В интересах нескольких компаний, зависимых от внешнего финансирования, ЦБ потратил треть резервов на поддержание валютного курса.
В феврале–марте 2015 года Центробанк не на словах, а на деле отпустил рубль. У нас начались сильные скачки валютного курса. Но именно из-за колебаний курса власти обеспечили стабильность федерального бюджета и снизили дефицит до безопасного уровня.
Из этого следует главный вывод: все существенные бюджетные проблемы в ближайшем будущем будут решать за счет девальвации рубля. Да, для резкой девальвации, которая была в конце 2014 года, сейчас нет условий. Но постепенное снижение курса рубля на 5–7–10% — это резерв, которым правительство легко воспользуется.
Из этого следует простой вывод — если вы копите деньги в течение длительного времени, значительно больше года, копить имеет в смысл не в рублях. Рубль первым будет принесен в жертву в случае обострения экономической ситуации.

– Но девальвация очень позитивно сказалась на многих предприятиях Кировской области.

– Для всех, кто конкурирует с импортной продукцией — это позитивный фактор. Мне довелось летом поговорить с руководителем крупного поволжского агрохолдинга. Он просто доволен. Говорит: «Еще бы процентов на 30 рубль ослаб — вообще было бы все шоколадно».
Он занимается в основном зерном. По его подсчетам, импортные затраты составляют максимум 12-13%. При этом 80% продукции он экспортирует.
От эмбарго выиграли и другие отрасли сельского хозяйства. Особенно те, где короткий инвестиционный цикл. Сложнее с крупным рогатым скотом, там очень длинный производственный цикл.
Объективно, высокотехнологичные производственные компании, у которых невелика доля импортных комплектующих, серьезно выиграли от девальвации рубля.

– Почему тогда правительство не реализует запрос бизнеса на девальвацию рубля?

–  Тут есть одна засада. Официально треть потребительских расходов — это импорт. В крупных городах доля импортных товаров в магазинах еще выше. Как только мы опускаем курс рубля — получаем рост потребительской инфляции. А это порождает социальные проблемы.
У нас почти каждый седьмой живет за чертой бедности. А эта черта у нас проведена очень сурово. ЦБ и Минфин в этих условиях постоянно должны балансировать. С одной стороны стимулирование экономки требует слабого рубля. С другой стороны, боязнь социальных потрясений требует сдерживать девальвацию.

–  Для инвестиций нужны сбережения. Проще говоря, в стране должны быть свободные деньги. Они сейчас есть в России?

– Стратегическая проблема нашей экономики в том, что у нас сбережения с огромным трудом превращаются в инвестиции. Легкого решения она не имеет. Это долгий и запутанный путь. Но денег в российской экономике сейчас много. Даже избыток. Денег много, а вкладывать не во что. Это называется профицит ликвидности.
Пока он затрагивает только крупные банки, но в первом полугодии следующего года это явление докатится до малых и средних банков. И это может стать проблемой.
На уровне простого человека профицит ликвидности выглядит, как падение ставок по банковским вкладам. Банкам не нужны деньги. Их много. В инвестиционном бизнесе это выглядит, как снижение доходности по облигациям.

– Какой сценарий развития макроэкономической ситуации вы считаете более вероятным в ближайшие несколько лет?

– Если не будет сюрпризов от геополитики, то мы, может быть, даже покажем рост ВВП уже в следующем году, но в пределах погрешности. Наша экономика почти сбалансировалась. В такой ситуации, «около нуля», мы сможем существовать год, два, может быть даже три. Но дальше «знаки вопроса» резко увеличиваются.
Влияют два фактора. Во-первых, это чистая внешняя политика. Мы можем получить настоящие санкции. Я имею в виду введение нашими партнерами ограничений на поставку российских углеводородов на Запад. Уже сейчас они могут обходиться без нашей нефти. Примерно через три года в Европе будут введены в строй серьезные мощности по приему сжиженного природного газа.
Второй фактор риска. Китай начинает разработку своих месторождений сланцевого газа. Его запасы там очень большие. Как рассказал мне представитель British Petroleum, которая участвует в этом проекте, сейчас есть сложности с геологией. Но, думаю, лет через пять они будут преодолены. А как быстро китайцы умеют развивать новые масштабные проекты, мы прекрасно знаем. Это будет грозная вещь. После этого мировой рынок углеводородов никогда не станет прежним.

– В этих условиях  в какие проекты стоит инвестировать бизнесу?

– Нужно исходить из предположения о возможности дальнейшей девальвации рубля. Значит, имеет смысл рассматривать возможность инвестиций, если ваш бизнес конкурентоспособен по отношению к импортным товарам и может выиграть  от девальвации. Но здесь нужно учитывать, что падение платежеспособного спроса еще не завершилось.

– А копить деньги имеет смысл?

– Деньги стоит копить. Но копить их ни в коем случае не в рублях. Рубль сознательно принесут в жертву. Нужно учитывать и то, что ждать выгодных вариантов вложения накопленного придется довольно долго. 

 

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.
  • Вконтакте
  • Twitter
  • Facebook

Новости компаний